Меня часто соблазняли политикой, предлагали в свое время кресло министра культуры. Но я считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Хочу верить, что, играя в театре, я принесу больше пользы.
(0)
Не всякое время может сформировать героя. Бывает ведь и безвременье. Сейчас, по-моему, безвременье. Вот и героя нет.
Не эпоха определяет спектакль. Играется человеческая боль, а она в любые времена остается болью. Поэтому во фраке я играю Протасова или в джинсах «Полёты во сне и наяву» — темы приблизительно одинаковые.
Нищие, безоружные люди сбрасывают королей с престола из-за любви к ближнему. Из-за любви к Родине солдаты попирают смерть ногами, и та бежит без оглядки. Мудрецы поднимаются в небо и бросаются в самый ад из-за любви к истине. А что сделал ты из-за любви к девушке?
(Из фильма «Обыкновенное чудо»)
(Из фильма «Обыкновенное чудо»)
Но и когда я был малообеспеченным начинающим артистом в Саратовском театре со ставкой аж 54 рубля, у меня никогда не возникало желания ничего отнять и поделить. Ведь эта идея отнять и разделить, столь удобная для политиков для манипулирования людским сознанием, родилась не в прошлом веке, и не у нас.
Ножки, как у козы рожки.
(Из фильма «Влюблен по собственному желанию»)
(Из фильма «Влюблен по собственному желанию»)
Пришла пора изменить взаимоотношения со зрителем. В прежние годы мы говорили с ним на эзоповом языке — иначе было нельзя. Не все были борцами, как Андрей Сахаров, но, тем менее, были инакомыслящими. Наши зрители приходили в театр, чтобы в подтексте найти ответ на мучивший вопрос. Многие понимали: так, как мы живем, жить нельзя. А сегодня со сцены говорят такое, что уши вянут.
Радует уже то, что в зале не видно хамов в малиновых пиджаках. Сегодня в театр ходят люди хорошо одетые, как правило, с хорошими манерами.
Россия резко перешла от рабства к мнимым свободам. Мы гадим там же, где живём. В подъездах — грязь, в лифтах — моча. Наверное, такое отношение формирует наше крепостное мышление.
Сталина я отказался играть, потому что нельзя артисту играть человека, не сострадая ему.