В России главному герою почетно умереть в конце фильма. А в Америке главному герою редко дают умереть.





Мне все больше нравятся маленькие вещи. Я восхищаюсь режиссерами, которые укладываются в $200 тысяч.


Мы живем в таком жестоком, милитаристском мире, что от художника ждут не рассказов о глубинах сердца, а социального анализа. К сожалению.


Над всеми своими фильмами я работал очень серьезно. И я люблю их все одинаково.


У меня не было никаких сексуальных связей ни с одним из моих актеров. Проблема в том, что они не могут после этого оставаться актерами, они уже становятся кем-то еще - любовниками, партнерами, или я не знаю, кем.


Человечество не стало ни счастливее, ни одухотвореннее, как мечталось когда-то поборникам прогресса.


Я думаю, я научился тому, как снимать фильмы, у американского андеграунда 1958-1968 годов. В этот период в Нью-Йорке появилось много андеграундных художников и режиссеров, чьи работы меня очень интересовали.

