Для печали есть предел, для страха — нет.





Если ты рассчитываешь на потомков, то для них недоделанное то же самое, что не начатое.


Есть некоторое наслаждение и в печали, особенно если ты выплачешься на груди у друга, который готов или похвалить твои слезы, или извинить их.


Живой голос, как говорится, производит гораздо больше впечатления. Пусть то, что ты читаешь, будет сильнее, но в душе глубже засядет то, что запечатлевают в ней манера говорить, лицо, облик, даже жест говорящего.


Загляни в собственную душу.


Змеи змей не кусают.


И радость, и утешение — в науках.


Изобразить нельзя, как одушевляют действия ума телодвижения.


История не должна переступать пределов истины, и для честных поступков достаточно одной истины.


История пишется для установления строгой истины.

